Популярные статьи

Насколько обоснованы страхи потери мирного космоса, опасен ли уже сегодня космический мусор, что является оружием в космосе, перспективы соперничества и сотрудничества в космосе, подходы России к отношениям с другими комическими игроками — эти и другие вопросы обсудил директор программы ПИР-Центра «...

В условиях трансформации глобальной системы безопасности на карте мира появляется все большее количество так называемых «серых зон», т.е. квазигосударственных образований, претендующих на обретение независимости, суверенитета и международного признания de jure. Поэтому неизбежно напрашивается вопрос...

3 сентября 2017 г. КНДР провела свое шестое ядерное испытание. О том, с какой целью могут проводиться ядерные испытания, в интервью «Ядерному Контролю» рассказал член Совета ПИР-Центра, начальник 12 Главного управления министерства обороны России (1992–1997 гг.) генерал-полковник Евгений Маслин.

– З...

Все Статьи

Опрос




 
Вам нравится статья?
 

Авторы

  • Место работы : Советник, АНО Аспект-конверсия, член Совета ПИР-Центра, член Редакционной коллегии журнала Индекс Безопасности
Все эксперты

«Чтобы дурака повалять, достаточно одного – двух испытаний, а, чтобы выйти в серию, надо пять – шесть»

Евгений Маслин

3 сентября 2017 г. КНДР провела свое шестое ядерное испытание. О том, с какой целью могут проводиться ядерные испытания, в интервью «Ядерному Контролю» рассказал член Совета ПИР-Центра, начальник 12 Главного управления министерства обороны России (1992–1997 гг.) генерал-полковник Евгений Маслин.

– Зачем КНДР столько испытаний?

Чтобы дурака повалять, достаточно одного – двух испытаний, ну а, чтобы выйти в серию, надо где-то пять – шесть испытаний провести. Там тоже могут быть разные параметры, в зависимости от того, хотят ли они применить ядерное оружие сразу или, скажем, через десять лет. Различные создаются условия. В ходе испытаний боезаряд проверяется на надежность, на безопасность.

Еще в ходе испытаний могут опробоваться так называемые схемы усиления. Когда с помощью трития создается среда, которая усиливает взрыв, что позволяет получить малые габариты и большую мощность. В общем, испытания могут проводиться с различными целями. Так, в принципе, можно уже после второго-третьего раза ядерное оружие применить. Но, если ты хочешь иметь нормальную боеголовку, нужно больше.

Корейцы говорят, что в последних испытаниях была использована водородная бомба. Судя по тем кадрам, которые мы видели, действительно похоже, что это бинарный заряд.  

– С КНДР понятно. Но официальные ядерные державы уже провели достаточно испытаний, а в США все равно время от времени начинается дискуссия о том, не стоит ли их возобновить.

– Правильно. И у них ядерный полигон в Неваде находится в полугодовой готовности, а Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ) они так и не ратифицировали. На самом деле ядерные испытания важны для улучшения оружия, а здесь совершенству нет предела. Особенно с точки зрения безопасности. Не в прямом смысле – взорвется бомба или не взорвется – а важен гарантийный срок, в течение которого заряд будет лежать или будет пристыкован и будет готов к применению, и чтобы за это время с ним ничего не случилось. Испытания позволяют проверить, как это влияет на параметры, на мощность и так далее.

Инициаторами запрета ядерных испытаний были американцы. А мы еще в 1989 г. с подачи М.С. Горбачева провозгласили мораторий, хотя нам крайне важно было провести несколько взрывов. За это время американцы провели еще пять-шесть штук испытаний, китайцы и французы тоже. После чего все начали говорить, что нужно подписывать ДВЗЯИ, и так мы из моратория и не вышли.

– Как Вы знаете, мы отмечаем юбилей нашего коллеги Роланда Михайловича Тимербаева. Вы с ним не пересекались по работе?

– Нам не пришлось работать вместе, мы в несколько разных возрастных категориях. Но мои коллеги с ним работали, особенно генерал Яковлев. Когда я принял командование, он мне много рассказывал о том, что есть такой умный дипломат. Но я с Роландом Михайловичем встретился уже только в ПИР-Центре.   

У нас были не очень длительные встречи, но все встречи вызывали у меня только восхищение. В отличие от многих, он очень глубоко знает то, о чем он говорит. Причем, не только глубоко, но и широко. Он знает, как это было в самом начале, в других государствах – вопросы нераспространения, контроля над вооружениями знает очень глубоко. Ну, и ко всему прочему, у него широчайший кругозор интеллигентного образованного человека в различных отраслях, как в технике, так и в искусстве, в живописи, музыке.

Если бы я был на торжественном вечере, то сказал бы это в виде тоста. Ему там будут говорить «до ста лет дожить», и так далее. Вот когда Ефиму Павловичу Славскому исполнилось 90 лет, его коллега встал на торжественном ужине и сказал «желаем дожить до ста лет». А юбиляр потом с обидой сказал, «что это до ста лет, у меня дед до ста десяти прожил». Мне повезло общаться с Роландом Михайловичем и в общении он всегда был спокойным, доброжелательным. Если бы все наши дипломаты были такими, мы были бы первыми в мире по дипломатической работе.


Выходные данные cтатьи:

Ядерный Контроль, выпуск №8-9 (490-491), Сентябрь 2017

Обсуждение

 
 
loading