Популярные статьи

Современную систему гарантий МАГАТЭ можно охарактеризовать как международную систему контроля выполнения государствами своих обязательств по мирному использованию ядерной энергии. С момента ее установления в 1961 г. система находится в развитии, отвечая на вызовы времени и ожидания государств. В 199...

Вызовы в сфере кибербезопасности стали одной из ключевых проблем для операторов критической инфраструктуры энергетики, транспорта, связи и других отраслей. Отдельное место занимает кибербезопасность гражданских ядерных объектов. В чем особенности ядерного сектора с точки зрения обеспечения кибербезо...

В преддверии саммита президентов Дональда Трампа и Владимира Путина, который пройдет 16 июля в Хельсинки, председатель совета ПИР-Центра и Международного клуба Триалог, генерал-лейтенант в отставке Евгений Бужинский отвечает на вопросы о перспективах развития российско-американского диалога в област...

Все Статьи

Опрос




 
Вам нравится статья?
 

«Если ситуация будет стабильна, не появится необходимости тратить и без того небольшой бюджет на новые ракеты»

Полина Синовец

После того, как США и Россия заявили о выходе из Договора о ракетах средней и меньшей дальности (ДРСМД), украинские политики заявили об открывающихся для страны возможностях. В эксклюзивном интервью для «Ядерного Контроля» директор Одесского центра по вопросам нераспространения ядерного оружия Полина Синовец рассказала консультанту ПИР-Центра Андрею Баклицкому, что в украинском экспертном сообществе говорят о распаде договора, и как эксперты предлагают руководству страны реагировать на это событие.

 

— Как Украина видит свое место в рамках ДРСМД? 

— Это очень интересный, противоречивый вопрос, потому что в Украине есть два юридических подхода в отношении этого договора. 

Общепринятая позиция заключается в том, что Украина является членом ДРСМД. Во-первых, существует закон о правопреемстве в отношении международных договоров. Соответственно, как бывшая советская республика Украина осталась участником ДРСМД. Во-вторых, Украина участвовала в Специальной комиссии по верификации договора вплоть до 2001 года, когда комиссия была распущена. В-третьих, официальные партнёры по договору (например, США) по умолчанию видели в Украине участника режима, о чём мы были информированы сразу после распада СССР. Неудивительно, поскольку уровень ракетной промышленности у нас всегда был одним из самых высоких в Советском Союзе. 

Другую позицию выражает Владимир Василенко (один из ключевых авторов Декларации о суверенитете Украины 1990 г. и правовой консультант Украинского МИД с 1972 по 1992 годы. Чрезвычайный и Полномочный посол, в прошлом представитель Украины при НАТО и посол в Великобритании – прим. ЯК) – «отец-основатель» нормы о том, что Украина должна стать безъядерной в обмен на суверенитет. На его взгляд, Украина не является членом договора, потому что, невзирая на существование закона о правопреемстве, формально Верховная Рада не подтверждала свое членство в ДРСМД, как это было сделано в отношении Договора о сокращении наступательных вооружений 1991 года.  Поэтому, по мнению Василенко, Украина всегда была свободна от условий этого договора. 

Впрочем, в данный момент Украина больше позиционирует себя как член ДРСМД – это заметно по недавним высказываниям министра иностранных дел и президента о реакции Украины на приостановление его действия.

 — После того, как США и Россия поочередно приостановили свое участие в ДРСМД, некоторые украинские политики, министр иностранных дел и президент страны заявили, что теперь Украина не ограничена договором, и это может означать открытие для нее возможностей. Будет ли это иметь реальные последствия? 

— Пока сложно сказать, потому что эти заявления, скорее, экспромт-позиция. Эти заявления следуют за экспертными оценками того, что может себе позволить Украина, и размышлениями о том, почему у властей нет четкой позиции. Украина как государство, которое способно к производству ракет и сейчас делает упор на развитие ракетной индустрии, могло бы технически увеличить радиус уже производимых ракет и иметь возможность противостоять нынешним угрозам. В своей мартовской речи перед Советом национальной безопасности и обороны (СНБО) президент Порошенко даже отметил, что увеличение радиуса ракет должно стать одной из насущных задач вооружённых сил и в дальнейшем основой политики стратегического сдерживания. 

— В отличие от России и США, Украина не приостанавливала свое участие в ДРСМД. 

— Да, не приостанавливала, но фактически рассматривает приостановление действия ДРСМД как fait accompli, то опирается на гибель договора. А это значит, что в случае необходимости Украина могла бы увеличить радиус производимых ракет. 

— Сегодня дальность производимых Украиной ракет – 300 км. Ведутся разработки по ракетам дальностью до 500 км. 

— Верно. Еще есть экспортная версия ракеты для Саудовской Аравии. Будучи членом Режима контроля за ракетной технологией (РКРТ), Украина не имеет права производить на экспорт ракеты радиусом больше 300 км, но для национальных вооруженных сил можно увеличить радиус. Другое дело – насколько это целесообразно и встретит протест извне, в частности, со стороны Российской Федерации. 

Здесь мы вступаем в шаткую сферу, когда экспертные оценки подменяются политическими заявлениями. В стране есть публичные деятели, которые ведут разговоры о том, что Москва Украине не указ – ей и так 300 лет указывали, хватит ориентироваться на Россию. Разговоры о вступлении Украины в НАТО и развертывании ракет на нашей территории тоже имеют место, но это, на мой взгляд, уже не экспертный, а скорее политический уровень, направленный на повышение рейтингов в глазах внутренней аудитории. 

Подобные сценарии мне представляются достаточно абстрактными, поскольку в рамках практической политики сегодня мы понимаем, что для Москвы подобные шаги Киева послужили бы casus belli. Я не удивлюсь, если в новой российской военной доктрине среди угроз военной безопасности будет прописано размещение ракет НАТО на территории сопредельных государств. 

— Предлагает ли кто-то альтернативные решения? 

Другой вариант – производить ракеты определенного радиуса действия, которые могли бы поражать территорию Российской Федерации, но не так, чтобы угрожать Москве. Данные планы вполне реалистичны в плане исполнения уже сегодня. Такие ракеты обеспечат адекватное сдерживание на случай, если у Москвы вдруг возникнут планы продвинуться на Донбасс и дальше. Об этом говорят в экспертных кругах. 

Когда министр иностранных дел и президент делают громкие заявления, это демонстрация того, что Украина может реагировать на ситуацию и заявить о себе. Это риторика сдерживания, которая позволяет манипулировать возможностями. Тем более, украинское экспертное сообщество озвучивает серьезную критику по поводу того, что у властей пока отсутствует четко прописанная стратегия по этому вопросу. 

— Почему у руководства Украины нет стратегического видения? 

Возможно, это объясняется тем, что сейчас вся президентская администрация занята подготовкой к выборам. И вопрос ДРСМД тоже связан с выборами, потому что позволяет упрекнуть Порошенко в отсутствии позиции по этой проблеме. Позицию-то он озвучил, но насколько она подкреплена реальными политическими решениями? Покажет время, а еще и динамика взаимоотношений с Россией. Пока Россия выжидает, чем закончатся выборы, а потом будет расставлять свои ориентиры в плане отношений с Украиной. 

—Расстояние от северных границ Украины до Москвы примерно 500 км. Украина могла произвести ракеты до 500 км, не нарушая ДРСМД, или вовсе ракеты воздушного базирования, на которые нет никаких ограничений, если бы ее интересовал этот аспект сдерживания. Но раз этого не было сделано, значит, до сих пор это не являлось приоритетом. Обсуждается ли в украинской экспертной среде этот вопрос? 

— До последнего времени этот вопрос не был приоритетом. В приоритете ряд ракетных моделей, над которыми Украина сейчас работает. Их радиус не превышает 300 км. Идея заключается в том, чтобы эффективно внедрить эти ракетные модели в жизнь, сделав их частью политики сдерживания. До этого не было речи о том, чтобы Украина занялась производством новых ракет с увеличенной дальностью полета. Теперь, поскольку ДРСМД почти развалился, необходима реакция, и она следующая: возможности есть, но они потребуют времени и станут своеобразным отражением существующих угроз. 

Я думаю, стратегия будет во многом зависеть от дальнейших действий России. Если из Москвы последуют угрозы, и усилится давление на Донбассе, то увеличение радиуса ракет станет необходимостью. Если же ситуация будет более-менее стабильна, без резких движений, или же с тенденцией к урегулированию текущего конфликта, то не появится необходимости тратить и без того небольшой бюджет на новые ракеты.


Выходные данные cтатьи:

Ядерный Контроль, выпуск № 3 (509), Март 2019

Обсуждение

 
 
loading