Популярные статьи

Международному центру по обогащению урана (МЦОУ) исполнилось 10 лет. Генеральный директор МЦОУ Глеб Ефремов в эксклюзивном интервью Ядерному Контролю рассказывает основателю и советнику ПИР-Центра Владимиру Орлову о достижениях Центра и планах на будущее.

- Какие, на Ваш взгляд, можно подвести основ...

Томский государственный университет давно зарекомендовал себя в российских и международных кругах как «кузница кадров» в области нераспространения ядерного оружия, причем кузница качественная и авторитетная. Поэтому особенно отрадно, что, напряду с подготовкой молодых специалистов в данной сфере, ТГ...

В первые годы после окончания холодной войны Россия не уделяла должного внимания тому факту, что американское ядерное оружие (ЯО) расположено на территории государств, не обладающих ядерным оружием (НЯОГ), так как пыталась выстроить партнерские отношения с США и НАТО. Лишь в последние пять – шесть л...

Все Статьи

Опрос



 
Вам нравится статья?
 

«Европа скорее наблюдает за кризисом, чем строит контроль над вооружениями»

Дарья Малофеева

В мае 2019 года группа экспертов в сфере контроля над вооружениями провела встречу в рамках Проекта европейской инициативы по ДРСМД, чтобы обсудить позиции европейских стран по распаду Договора о ракетах средней и меньшей дальности. По итогам встречи Одесский центр по вопросам нераспространения выпустил доклад «Ответная реакция на кризис ДРСМД: европейское измерение». Стажер ПИР-Центра Дарья Малофеева кратко пересказывает содержание доклада и делает вывод о том, что Европа скорее наблюдает за кризисом, нежели участвует в создании новой архитектуры контроля над вооружениями.

Предметом исследования стали позиции шести стран: Великобритании и Франции, обладающих собственными ядерными и ракетными арсеналами, Германии и Италии – влиятельных игроков в годы «кризиса евроракет», и Польши с Украиной – как наиболее близко расположенных к России стран, но занимающих резко антагонистическую позицию в отношении Москвы и воспринимающих крупного соседа как угрозу своей безопасности.

  • Великобритания на фоне общего ухудшения отношений с Россией возлагает полную ответственность за распад ДРСМД на Москву. Американские разведданные, которые стали единственным подтверждением нарушений России для всех стран-членов НАТО, сочли убедительными и в Лондоне. Нет свидетельств, что за распадом договора последует наращивание британских вооружений – ядерное оружие уже гарантирует достаточное сдерживание – однако, если решение об усилении наступательных сил будет принято в рамках НАТО, Великобритания присоединится к союзникам.
  • Франция более осторожна в оценках Москвы: до декабря 2018 года несоблюдение Россией ДРСМД оценивалось как «вероятное», а в ответ на уведомление о выходе США из договора Франция выражала «сожаление о сложившейся ситуации». Ответных военных мер Париж не планирует, так же как и безоговорочно следовать ответным решениям НАТО. Тревогу Франции вызывает вопрос продления ДСНВ: она призывает Россию и США возобновить переговоры, а также вовлечь в процесс Китай.
  • Германия пыталась помешать распаду договора дипломатическим путем. В 2018 году Ангела Меркель убедила Дональда Трампа отложить уведомление о выходе из договора на 60 дней. Как считают авторы, мысль о том, что ДРСМД стал историей, и сегодня разделяется не всеми в немецкой политике. Неясно, как Германия будет реагировать на гипотетическое появление российских ракет, однако размещение дополнительных вооружений НАТО не станет для Германии желанным «ракетным зонтиком».
  • В Италии меньше внимания уделяется установлению виновника распада договора, больше – угрозе для итальянской безопасности. Для преодоления угрозы противостояния России-США на территории Европы обсуждается развитие собственных систем ПРО. Италия также будет поддерживать общую стратегию НАТО, но вряд ли пойдет на размещение американских ракет – против этого настроена итальянская общественность.
  • Польша и Украина рассматривают возможность размещения ракет, сравнимых с запрещенными ДРСМД. В Польше изучают варианты приобретения таких ракет либо размещения вооружений НАТО. Украина же может производить ракеты самостоятельно, однако для разработки носителей средней и меньшей дальности потребуется несколько лет.

В докладе показаны серьезные различия в реакции на крах ДРСМД европейских стран, наиболее уязвимых для запрещенных ракет. Из текста следует, что ни одной из стран не было выгодно разрушение договора. Приобретаемые угрозы не уравновешиваются возможностями – европейцы не стремились к наращиванию вооружений и требуемые теперь от правительств ответные меры вызывают замешательство. Каждая из стран признает роль ДРСМД в обеспечении региональной безопасности. Будь у европейцев больше рычагов влияния на США, они бы препятствовали разрушению договора. Однако такой настрой в Европе не помешает США разместить после распада ДРСМД ракеты в отдельных европейских странах, но не позволит европейцам объединить усилия для сохранения действующих или выработки новых инструментов контроля над вооружениями.

Авторы также хотели выявить признаки того, что сегодняшний кризис режима контроля над вооружениями ведет к возникновению нового порядка. Предполагалось, что даже в отсутствие договоров в сфере контроля над вооружениями возникнут правила, основанные на новом уравнении сил. Однако Европа скорее наблюдает за кризисом, нежели участвует в создании новой архитектуры контроля над вооружениями. 

Стоит также уделить внимание российскому фактору. В европейских странах нет понимания, зачем Россия стала бы нарушать ДРСМД. Европейцы считают, что военные возможности Москвы позволяют сдерживать НАТО и без ракеты 9М729, не производимой в промышленных масштабах и не дающей революционных преимуществ вооруженным силам страны. При этом политически цена разработки такой ракеты оказалось высокой.

Доклад заслуживает внимания читателей, посольку рассматривает кризис вокруг ДРСМД с позиций европейских стран, которых крах договора затронет в первую очередь. Решения об ответных мерах этих стран будут определять европейскую стратегию после распада ДРСМД. Выводы работы могут быть полезны для прогнозирования действия европейских правительств после августа 2019 года.


Выходные данные cтатьи:

Ядерный Контроль, 6 (512), 2019

Обсуждение

 
 
loading