Популярные статьи

Современную систему гарантий МАГАТЭ можно охарактеризовать как международную систему контроля выполнения государствами своих обязательств по мирному использованию ядерной энергии. С момента ее установления в 1961 г. система находится в развитии, отвечая на вызовы времени и ожидания государств. В 199...

Вызовы в сфере кибербезопасности стали одной из ключевых проблем для операторов критической инфраструктуры энергетики, транспорта, связи и других отраслей. Отдельное место занимает кибербезопасность гражданских ядерных объектов. В чем особенности ядерного сектора с точки зрения обеспечения кибербезо...

Эта статья опубликована в бюллетене "Ядерный Контроль".

Читать бюллетень

 

В ноябре 2018 года на национальном референдуме население Тайваня проголосовало против отказа от атомной энергетики к 2025 году. Плана отказаться от мирного атома придерживалась находящаяся у власти с 2016 года Демократическая...

Все Статьи

Опрос



 

Авторы

  • Должность : Директор Программы по нераспространению в Евразии
  • Место работы : Центр изучения проблем нераспространения им. Дж. Мартина, Миддлберийский институт международных исследований в Монтерее
  • Должность : Координатор Информационной Программы, редактор бюллетеня «Ядерный контроль»
  • Место работы : ПИР-Центр
Все эксперты

"Мы и близко не подобрались к гендерному равенству в нашей сфере". Сара Бидгуд о том, почему следует уделять внимание гендерному разнообразию в сфере нераспространения

Сара Бидгуд

Редакция решила немного сместить фокус с проблем ядерного нераспространения и контроля над вооружениями и поговорить о людях. В интервью координатору Информационной  Программы ПИР-Центра Никите Дегтярёву директор программы по нераспространению в Евразии Центра исследования проблем нераспространения им. Джеймса Мартина Сара Бидгуд рассказала о роли женщин в сфере нераспространения и ядерной дипломатии, важности гендерной проблематики и инициативах ООН и отдельных стран в этом направлении.


Почему гендер так важен для ДНЯО? Почему нам следует уделять внимание гендерному разнообразию в сфере нераспространения?


Мне кажется, есть два ответа на этот вопрос, и оба очень важны.

Во-первых, каждый заслуживает равный голос в обсуждении ядерной политики. Это однозначно. Не важно, мужчина вы или женщина, из США или России, каждый имеет право участвовать в разговорах на тему ядерного оружия и ядерной политики, потому что принимаемые решения затрагивает нас всех. Ни одна группа людей не обладает единоличной юрисдикцией в этой сфере.

Второй ответ, однако, касается того, что́ люди разного гендера привносят в обсуждение и решение сложных проблем. Хотя я не верю в то, что женщины имеют какую-либо биологическую или генетическую предрасположенность к тому, чтобы быть более мирными, дипломатичными или что-то в этом роде, я считаю, что мужчины и женщины склонны вести себя по-разному, по крайней мере, в американском обществе. Это может означать, что мужчины и женщины подходят к совместной работе или решению проблем по-разному, и когда мы работаем вместе над действительно сложными вопросами, такими как контроль над вооружениями, нераспространение и разоружение, эти привитые социумом различия помогают нам бросать друг другу вызов, подвергать сомнению наши предвзятые мнения, тем самым разрушая скованность нашего мышления.

То же самое касается людей разных наций, людей разных возрастов, рас, любых проявлений «инаковости». Каждый, кто привносит в разговор другую точку зрения, может предложить новый подход к укоренившейся проблеме или придумать решение, которое не может придумать кто-то другой. Чем больше людей с разнообразными точками зрения вы можете пригласить для обсуждения и решения сложной проблемы, тем лучше. Это, безусловно, верно, когда речь идет о вопросах ядерного оружия, и это явный аргумент в пользу гендерного разнообразия. Но у нас впереди еще много работы, чтобы достичь того, что нам нужно.

 

Можем ли мы сказать, что женщины пострадают в случае ядерной атаки сильнее, чем мужчины?


Исследователи подробно изучают этот вопрос, по крайней мере, в последнее десятилетие. Например, ЮНИДИР установил, что здоровье женщин будет в большей степени затронуто не только во время применения ядерного оружия на войне, но также во время ядерных испытаний и определенных этапов разработки ядерного оружия. Частично это связано с биологическим особенностями мужчин и женщин. Существуют различные виды рака, которые более распространены среди людей, подвергшихся воздействию радиации, и в целом эти заболевание, как правило, наносят больше вреда женщинам, чем мужчинам.

Существуют также культурные причины, по которым применение или испытания ядерного оружия могут повлиять больше на женщин. Отчасти это потому, что во многих обществах мужчины – это люди, которые идут на войну, а женщины сидят дома со своими семьями. Если использование ядерного оружия требует эвакуации или перемещения, это повлияет на женщин – которые зачастую являются теми, кто присматривает за детьми, родными – иным образом, чем на мужчин. Таким образом, существуют различия между полами на всех уровнях, когда речь идет об использовании ядерного оружия.

Эти проблемы, очевидно, связаны с более широкой гендерной динамикой, которая проявляется, когда мы говорим о войне, но, поскольку гуманитарные последствия применения ядерного оружия столь разрушительны, гендерные последствия усугубляется.

 

Существует ли какая-нибудь тенденция, показывающая нам, что ООН или отдельные страны начали уделять внимание теме гендера и продвигать больше женщин в ядерную дипломатию?


Да. Меня радует, что, в частности, за последние 5 лет, со стороны ООН и ряда национальных правительств стран было предпринято много попыток побудить больше женщин участвовать в разоруженческой дипломатии, контроле над вооружениями, нераспространения, по всем столпам ДНЯО.

Некоторые из этих попыток относятся к возможностям обучения для женщин, и в целом я бы посоветовала всем, кто занимается деятельностью по привлечению большего числа людей, например, в дипломатический корпус, убедиться, что они делают это таким образом, чтобы набиралось равное число мужчин и женщин. Я замечаю возрастающее внимание людей к тому, чтобы в состав групп, конференций и публикаций входили эксперты обоих полов, что, на мой взгляд, приводит к более интересному и наводящему на размышления конечному результату.

Мы также наблюдаем больше усилий, связанных с учетом гендерной проблематики, когда, например, организация собирается нанять человека на какую-то должность, они должны убедиться, что у них одинаковое количество кандидатов мужского и женского пола. Принимая политическое решение в организации, люди тщательно обдумают, не поставит ли это решение женщин в менее выгодное положение. Например, при проведении утренних совещаний, они смотрят на то, как это повлияет на женщин, которые заботятся о детях, и могут отвозить их в школу по утрам, что означало бы, что они не смогут участвовать в совещаниях. Этот процесс не ограничен рамками разоруженческой дипломатии и позволяет более широко думать о том, как действовать таким образом, чтобы женщины могли участвовать наравне с мужчинами. Я думаю, что все эти дополнительные размышления и обдуманные шаги, предпринимаемые различными организациями в нашей области, имеют значение.

 

Существуют ли НПО в сфере нераспространения, которые работают над продвижением гендера в «нераспространенческом» сообществе? Если да, есть ли у них положительные результате, меняют ли они ситуацию к лучшему?


Есть много неправительственных организаций, которые пытаются сделать больше в этой области в дополнение к работе, которую они уже делают в области разоружения, нераспространения и контроля над вооружениями. Организации, которые существовали в течение длительного времени, также начинают уделять больше внимания этому вопросу, чтобы включить его в свои программы.

Хотя есть и новые организации, которые непосредственно работают на стыке вопросов гендера и международной безопасности, включая и проблематику ОМУ. Одна из таких американских организаций расположена в США и называется «Сторонники гендера в ядерной политике». Эта организация просит глав различных учреждений в нашей области принять конкретные обязательства по повышению гендерного разнообразия в их компаниях, чтобы у женщин и людей других гендеров была возможность быть полностью вовлечёнными в принятие решений по этим вопросам. Эта инициатива и ей подобные относительно новые, но я могу видеть, как они уже привели к ощутимым переменам и как они добиваются, чтобы вопросам гендерного разнообразия уделялось внимание на самом высоком уровне.

 

Как можно улучшить ситуацию на среднем уровне? Как профессоры, эксперты, сотрудники министерств иностранных дел могут лично содействовать тому, чтобы вопросы гендера получили место в сфере нераспространения?


В каждой организации всё немного по-разному, думаю, зависит от того, о какой организации мы ведём речь. Как сотрудник академического учреждения могу сказать, что мне действительно интересно, что профессорско-преподавательский состав может предпринять, чтобы повысить гендерное разнообразие. В числе того, что мы можем сделать – показать студентам, что есть женщины-эксперты, которые работают в сфере нераспространения. Из исследований мы знаем, что, если ты не знаешь никого в сфере твоих научных интересов, кто выглядел бы, как ты, или имел схожий опыт, ты с меньшей долей вероятности сможешь найти для себя место в этой профессии, что может сказаться на карьерных устремлениях. При этом, когда преподаватели составляют программы курсов, считаю действительно важным включать туда исследования, проведённые экспертами-женщинами, поскольку это показывает студентам, что есть женщины, которые пользуются авторитетом по этим вопросам и о которых студенты, возможно, не узнали бы без включения их трудов в программу курса.

То же самое относится к преподавателям, приглашающих внешних экспертов на свои занятия. Приглашайте одинаковое количество женщин и мужчин. Приглашайте женщин, которые могут показать студентам, что женщины играют активную роль в области нераспространения. Если вы девушка и считаете, что вы, наверное, хотели бы сделать карьеру в сфере нераспространения, по-настоящему важно знать, что вы не первая и что есть кто-то, кто может вам в этом помочь.

В этом контексте я также считаю, что наставничество – действительно важный инструмент, который помогает включиться в работу по этому направлению тем людям, которые прежде были исключены из нее. Женщина, более опытная в вопросах нераспространения, может показать девушкам, как стать частью нераспространенческого сообщества, например, или помочь им в преодолении тех трудностей, с которыми они могут сталкиваться, помочь им в продвижении (по карьерной лестнице), обозначить их голоса, подтолкнуть их к нетворкингу и представить нужным людям. Всё это могут сделать специалисты и среднего, и старшего звена, чтобы дать толчок и необходимую помощь более разнообразному молодому поколению.

 

В числе нынешних усилий – попытка сделать гендерные вопросы мейнстримом?


Это верно, и для этого необходимо тщательно всё осмыслить и действовать. Здесь мы возвращаемся к первому вопросу. Думаю, это очень опасное заблуждение думать, что если ты хорош и очень талантлив – вне зависимости от гендера – ты обязательно пробьёшься в первые ряды в нашей области. Нам известно, что это не так, потому что есть системные барьеры, из-за которых женщинам сложнее карабкаться по этой лестнице. В числе таких барьеров – тот факт, что женщины, получают меньшую зарплату, чем мужчины, выполняя ту же работу. Там, где мужчина в США зарабатывает доллар, женщина получает только 82 цента. Если семья принимает решение завести детей и кому-то из родителей необходимо сидеть дома, чтобы заботиться о них, часто именно женщина вынуждена оставить карьеру, поскольку её зарплата меньше, чем зарплата мужчины. Не важно, насколько ты таланлива или одарена, или хороша в свой работе. Если ты смотришь на свой банковский счёт, и ты зарабатываешь меньше, чем другой родитель, именно тебе придётся сдать назад в профессиональном плане. Так вот, в числе того, что пытаются сделать организации, которые я упоминала ранее – и я считаю, что это должно произойти в нашей области – осмысление барьеров и путей к их сокращению. Давайте перестанем думать, что если вы умный и настойчивый, вам всё по плечу, потому что это не так для значительного большинства людей, даже если они и хороши в профессии.

 

Получается, «стеклянный потолок» всё ещё существует…


Именно так, и мы должны осознать, как именно он проявляется в области нераспространения. Стоит посмотреть поближе, где именно подпилена карьерная лестница и на каких этапах женщины уходят из профессии, чтобы понять, как именно мы можем это исправить. Я надеюсь, что именно этим люди и заняты, и, кажется, всё больше организаций начинают понимать, почему решение этих вопросов приведёт к улучшению результатов нашей работы, чему я буду рада.

 

Есть ли примеры того, как женщины оказали позитивное влияние в области ядерного нераспространения или смежных областях?


Сложно сказать, потому что мы и близко не подобрались к гендерному равенству в нашей сфере. На последней ОК ДНЯО 2015 года, например, только 26,5% делегатов были женщинами. Поэтому у нас не так много конкретных примеров, на которые мы можем указать и сказать: «Вот здесь гендерное равенство привело к лучшим результатам». Но у нас есть примеры из частного сектора и других отраслей экономики, показывающие, что большее гендерное разнообразие и равенство, как правило, ведёт к большей отдаче, чем там, где в руководящие органы однородны по составу. В научных публикациях статьи, написанные более «пёстрыми» авторскими коллективами, цитируются чаще, чем те, что написаны авторами одного гендера. Было поставлено много экспериментов, объясняющих причины тому. В частности, эти эксперименты показывают, что когда к работе над проектом приступают люди, которые отличаются друг от друга, они ждут, что их точку зрения будут оспаривать и им придётся объяснять её, потому что они автоматически не полагают, что у человека по другую сторону стола – тот же взгляд на вещи. Как правило, наша работа проходит не так удачно, когда мы работаем вместе с людьми, которые выглядят и говорят так же, как мы, или происходят из той же среды, потому что мы просто предполагаем, что эти люди думают так же, как и мы. А это не рецепт инновационного или креативного мышления. Разнообразие понуждает нас к тому, чтобы работать лучше, потому что нам необходимо ставить под сомнение наши предубеждения, и такая чёткость и ясность мышления ведёт к лучшим результатам. Именно этого мы хотим добиться в ядерной политике, и глупо не использовать инструмент, который потенциально может помочь нам делать нашу работу в столь важной сфере, как нераспространение, лучше.


Выходные данные cтатьи:

Ядерный Контроль, выпуск № 6 (524), июль 2020

Обсуждение

 
 
loading