Хронометр

утверждение Указом Президента России Концепции внешней политики Российской Федерации
28.06.2000
PIR PRESS LOGO

ПИР-ПРЕСС сообщает

23.06.2022

25 июня в 20:00 в Звенигороде (Московская область) в рамках Маслин-феста Сообщество ПИР проводит I Благотворительный аукцион в поддержку Образовательной программы ПИР-Центра. Среди выставленных лотов: уникальные материалы 1990-х годов, библиографические и научные раритеты из наших запасников, книги и журналы с автографами авторов. Для участия в аукционе достаточно пройти регистрацию на Маслин-фест.

23.06.2022

22 июня 2022 г. XXI Международную школу ПИР-Центра по проблемам глобальной безопасности для молодых специалистов из стран Европы и СНГ посетил заместитель министра иностранных дел РФ Сергей Рябков. В своем выступлении заместитель министра иностранных дел оценил текущее положение РФ на мировой арене и перспективы развития отношений с партнерами, озвучив фундаментальные тезисы российской внешнеполитической доктрины.

22.06.2022

Заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков выступил перед участниками Школы ПИР-Центра 2022 г. с темой "Баланс ценностей и интересов: приоритеты России в области внешней политики на современном этапе". Публикуем текст его выступления.

21.06.2022

В интервью директора ПИР-Центра Владимира Орлова с журналистом испанской газеты El Mundo Хорхе Феррера затрагиваются вопросы рисков использования ядерного оружия на фоне украинского конфликта. Поговорили также о том, чем отличается чеховское ружьё от ядерного оружия, воспользуется ли Россия тактическим ядерным оружием на Украине, могут ли европейские дети нынче спать спокойно, американское или российское ядерное оружие представляет большую опасность глобальной безопасности, есть ли повод для оптимизма сегодня и какая раса придёт на смену нынешней немудрой человеческой расе.

В поисках равновесия

ОТ РЕДАКЦИИСегодня свой день рождения празднует большой друг ПИР-Центра - член Экспертного совета ПИР-Центра с 2002 года, директор Московского центра Карнеги Тренин Дмитрий Витальевич. В интервью он поделился историей своей жизни, взглядами и мыслями. Наш гость рассказал как строил военную карьеру в Германии, работал исследователем в НАТО, стал директором Московского центра Карнеги, о положении России в мировой политике, каким должен быть успешный международник, своих любимых книгах и городах, а также историей знакомства с ПИР-Центром.

 

«Никогда в жизни не думал, что стану военным»

Я интересовался международными отношениями и после школы хотел поступать в МГИМО. Но так как это было начало 1970-х годов, поступить в МГИМО было не так-то просто. У моих родителей не было знакомств, так называемого «блата», поэтому я себя чувствовал несколько неуверенно. Испытать неудачу, которая была крайне вероятна, в самом начале жизненного пути мне, конечно, не хотелось. Тогда где-то за полгода до выпуска из школы к нам пришел полковник из Военного института иностранных языков, который пригласил наш класс испытать свои силы на вступительных экзаменах.

В то время активно развивались военно-политические связи СССР со многими странами, это был реальный шанс заниматься международными отношениями практически, но несколько с другого угла – военно-дипломатического, разведывательного, если хотите. После разговора с этим полковником, очень интеллигентным и мягким человеком, я подал документы в институт, хотя никогда в жизни не думал, что стану военным. В итоге прослужил 21 год в Вооруженным силах.

По долгу службы я прожил 5 лет в Восточной Германии и очень часто бывал в Западном Берлине, видел две разных Германии того периода. Несколько месяцев провел в Италии, еще находясь на военной службе, но уже в роли старшего научного сотрудника Военного колледжа НАТО. Провел год в Ираке в качестве военного переводчика – первое иностранное государство, которое я посетил. После стольких лет службы у меня нет никаких других чувств по отношению к Вооруженным силам, кроме благодарности.

Жизненные университеты

Моя служба в Германии с 1978 по 1983 года проходила на фоне последнего обострения холодной войны. Мне довелось служить в качестве офицера отдела внешних сношений группы советских войск в Потсдаме. Этот отдел поддерживал связи с бывшими союзниками по войне, находился на связи с военными разведками США, Великобритании и Франции. Профилем службы была военно-дипломатическая работа, в ходе которой представилась возможность встретиться с большим количеством самых разных людей, начиная с членов британской королевской семьи и заканчивая будущим президентом ФРГ. На личностном уровне отношения между офицерами фактически враждебных армий были довольно близкие, мы могли часами оставаться один на один и вести разговор на разные темы. Я очень многому научился за это время, у меня была возможность день в день читать 9-10 западных газет. В советские времена это было фантастическое погружение в информационные потоки, которые внутри страны жестко регулировались. В целом, 5 лет службы в Германии – это жизненный университет, стоявший, а может, в каких-то отношениях превосходивший то образование, которое я получил в институте.

Еще одним университетом были советско-американские переговоры по ядерным и космическим вооружениям в Женеве, которые продолжались с 1985 по 1991 год. Это была очень высокая школа международных отношений. Я провел на этих переговорах в общей сложности 2,5 года. Мне удалось видеть вблизи блестящих советских и американских дипломатов, как говорится, профессионалов экстра-класса. Предметом переговоров были не только ограничения и сокращения ядерных вооружений, но и инспекции и другие способы верификации соблюдения сторонами условий соглашения, технические и логистические вопросы – фантастически сложная материя, где пересекались внешняя политики, военная и ядерная стратегии и политическая стратегия сдерживания. За каждый из таких университетов я благодарен тем людям, которые были формально и фактически моими профессорами.

Научно-исследовательская деятельность в НАТО

В Италии я провел некоторое время в статусе исследователя в Военном колледже НАТО. Это было начало 1993 года, чуть больше года прошло с того момента, как СССР прекратил свое существование. В течение нескольких месяцев я фактически жил в НАТО, это было очень интересно.

Поскольку я был первым офицером, которого руководство колледжа пригласило по результатам проведенного конкурса, они сами еще не знали, что со мной делать. В итоге я предложил тему для исследования, которая была хорошо воспринята. В то время было актуально международное миротворчество. В своем исследовании я изучал, как параллельная миротворческая деятельность России и стран НАТО в Евро-Атлантическом регионе могла бы стать основой для сотрудничества в формировании архитектуры безопасности после окончания холодной войны.

В ходе работы я научился одной интересной вещи. Для того, чтобы получить дополнительные сведения, я решил поехать в Вену взять интервью и узнать подробнее, как работает Центр СБСЕ по предотвращению конфликтов. Обратившись с просьбой к начальнику колледжа, я получил неоднозначный ответ. В нашей системе генерал либо запретил бы, либо командировал бы меня, и в том, и в другом случае взяв на себя ответственность за принятое решение.  Здесь же ответ был такой: «Вы можете ехать или нет. Главное, чтобы доклад был надлежащего качества и подготовлен в срок, а каким образом – это ваше дело».  Вместо авторитарного решения я получил одновременно свободу и ответственность. Это меня впечатлило.

Самый ценный опыт

Те 5 лет, которые я провел на линии соприкосновения, которая могла бы стать, но не стала линий фронта между НАТО и СССР, дали мне объемное зрение и понимание. Мне очень много приходилось переводить, и я видел логику за выступлением каждой из сторон, основанную на интересах этой стороны. Но при этом я понял, что логика каждой стороны – это только часть реальности. Есть другие реальности, причем прямо противостоящие первой. Как правило, в борьбе за продвижение или защиту своих интересов ни одна из сторон не имеет монополию на истину. Одно дело умозрительно это прочитать в учебнике и согласиться, а другое – с этим сталкиваться в повседневной жизни на протяжении нескольких лет. Думаю, это самый ценный опыт, который я получил и который старался передавать своим слушателям.

«Быть начальником меня особенно не привлекало»  

Я никогда не ставил целью карьерный рост, быть начальником меня особенно не привлекало. С момента основания Московского центра Карнеги и вплоть до 2008 года у нас были американские директора. В какой-то момент я стал заместителем директора, что меня вполне устраивало. Последним американским директором была Роуз Геттемюллер, которая в 2008 г. присоединилась к команде Б. Обамы. Когда пост директора стал вакантным, проходил поиск с американской стороны, к которому я не имел никакого отношения. Я просто ждал, когда получу следующего начальника.

На конференции в Брюсселе за утренним кофе я спросил Джессику Мэтьюз, президента нашего фонда в то время, кто будет следующим директором. Она посмотрела на меня и сказал: «Ты». Это меня очень сильно удивило, не могу сказать, что обрадовало. До сих пор директора были американские, и в тех условиях это был оптимальный вариант, который в какой-то мере обеспечивал нормальные отношения в коллективе. Наша российская модель превращает исследовательские центры в институты имени их директора, где отношения выстраиваются на личностной основе. Американский директор приходил на 2-3 года, не был включен в российскую жизнь, у него не было любимчиков, предпочтений и пристрастий. Он приехал, отработал, уехал, приехал новый и т.д.

Но так как я всегда исповедовал армейскую максиму «на службу не напрашивайся, от службы не беги», предложение я не стал отвергать. С тех пор прошло больше двенадцати лет. Я почти пересидел все своих предшественников, вместе взятых по времени нахождения на этом посту.

«Новый баланс сил»

Мне всегда было интересно заниматься исследовательской работой. Я был воспитан в том духе, что главная ценность – это знание, а главный инструмент приобретения знания – это книги. Недавно вышла моя новая книга «Новый баланс сил: Россия в поисках внешнеполитического равновесия». В ней я изложил свое представление о современных международных отношениях, о том, какой путь прошла российская внешняя политика, начиная с Горбачева и до сегодняшнего дня, в чем были успехи и неудачи и какие уроки нужно извлечь на будущее для выстраивания внешней политики в ближайшие десятилетия. Без претензий на последнее слово человеческой мысли, по моему замыслу, книга – приглашение к дискуссии и пища для обсуждения.  В последнее время внешняя политика стала доходить до каждого, и если санкции затрагивают интересы конкретных людей, то военные конфликты, в которые может быть втянута наша страна, затронут абсолютно всех.  Чудовищные ток-шоу по телевидению, где упор делается именно на шоу, а не на серьезное обсуждение тем внешней политики, только вредят. Я считаю, что есть серьезная потребность обсуждения отношений России с Западом, Китаем, исламским миром, с ближайшими соседями, прежде всего с Украиной и Белоруссией, с участием не только экспертов, но более широкого круга людей со знанием предмета.

Главный принцип политики – принцип равновесия. Между внутренними потребностями государства и внешнеполитическими амбициями, между ресурсами и конкретными акциями внешней политики, равновесие между двумя противоборствующими силами США и Китаем. Сто лет назад Россия не смогла удержать равновесия между Англией и Германий и итогом стала война с катастрофическими для страны последствиями. Эти вещи находятся в центре моей аргументации моей книги, которая, надеюсь, будет полезна для сообщества, которое должно расширяться. Внешнеполитическое сообщество по сравнению с масштабами страны, ее населением и задачами, которые стоят перед ней на международной арене, пока слишком невелико. И уровень внешнеполитической грамотности является недостаточным.

В нашей стране устойчивость и стабильность основываются на длительном правлении того или иного лица. Проблема заключается в том, что реальная власть и в значительной степени легитимность власти, основанная на связи правителя и населения, не передаётся вместе «со скипетром и державой». То есть, можно передать президентский пост, но нельзя передать легитимность, которая основана на личной связи первого лица и большинства населения, которые его поддерживают. В какой-то момент нынешняя стабильность, основанная на устойчивом правлении президента В. В. Путина, неизбежно закончится. Тогда вероятна борьба различных сил и интересов, и в том числе к этому будут иметь отношения внешнеполитические сюжеты. Отчасти задумка книги в том, чтобы наработать возможные варианты поведения на внешнеполитической арене, когда мы подойдем к такому моменту.

Качества успешного международника

Для международника важно найти точку равновесия между собственным патриотизмом, который абсолютно необходим каждому представителю профессии, где бы он не жил, и объективным анализом того, что происходит в родной стране и в международных отношениях в целом. На мой взгляд, главными качествами международника являются патриотизм и объективность – прямая антитеза известной позиции «права моя страна или не права, она моя страна».

В отношении способа выработки такого объективного взгляда перефразирую классика, которого я в юности постоянно конспектировал, В. И. Ленина. Он говорил, что «коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество». То же и в международных отношениях – чем глубже знание, тем шире понимание того, с чем имеешь дело. В этом плане нужен личный опыт глубокого общения с людьми, представляющими другие позиции и страны. Чем больше точек зрения вы способны интегрировать в свое мировоззрение, тем более адекватным будет собственный взгляд на внешний мир. Это означает и знание языков. В современном мире знание английского языка абсолютно необходимо всем, кто занимается международными отношениями, но точно так же это знание не является достаточным. В западном сообществе присутствует исключительно английский язык, сегодня литературы на французском или немецком языках крайне мало, а все, что имеет первостепенное значение публикуется, а то и изначально пишется на английском. Но и этого уже недостаточно, чтобы узнать другие взгляды необходимо знание неевропейских языков. Если еще 50 лет назад Восток все-таки оставался объектом международных отношений, то сегодня такие государства как Китай, Индия, Иран или Турция – субъекты первого ряда.

Международнику приходится иметь дело с постоянно противоречащими друг другу точками зрения и от него требует очень много требуется. Краткий список включает: патриотизм, объективность, аналитический склад ума, построение любых заключений на основе фактов и интеллектуальная свобода в самом высоком смысле слова.

О ПИР-Центре

Я очень благодарен коллегам из ПИР-Центра, которые меня пригласили в Экспертный Совет. Мне всегда интересно читать материалы, подготовленные центром, но самое главное – общаться с Владимиром Орловым, Евгением Бужинским, из молодого поколения – с Андреем Баклицким и другими коллегами.  ПИР-Центр – это один из центров российской внешнеполитической мысли международного уровня.

Мне не так часто приходилось выступать перед коллегами, но иногда такое счастье выпадало. И всегда эти встречи были для меня крайне полезны. Знаете, когда приглашают куда-то выступить, то, конечно, в первую очередь думаешь над тем, что сказать, чтобы это было важно и полезно. Но ждешь не этого. Я больше узнаю от коллег благодаря их вопросам, чем они узнают посредством моих ответов. Вопросы очень ценны, они показывают, в каком направлении развивается мысль в том или ином аналитическом центре, у того или иного из моих коллег по цеху.

«Война и мир» лежит на тумбочке рядом с моей кроватью

Среди моих предпочтений, несомненно, первое место занимает классика исторической литературы – Ключевский, Соловьев. Далее идут произведения других исторических писателей, например, Платонова, Костомарова, Вернадского. Также люблю историческую художественную литературу, которая несет в себе отпечаток времени, когда была написана книга. Мне интересно, как думали люди в то время, что ими двигало, как героями произведения, так и их писателями. В этом плане я довольно консервативный человек, душа лежит к русской классике, а потому по всем критериям самой любимой художественной книгой остается «Война и мир» Л. Н. Толстого.  В этом произведении соединение человеческого, личностного, межличностного на фоне широчайшего, и до деталей прописанного исторического полотна наложено на глубокую философию. «Война и мир» лежит на тумбочке рядом с моей кроватью.

В целом, всегда отдаю предпочтение книгам, которые говорят не только о людях, но и о смысле жизни. В этом плане ничто не сравниться с Библией.

Покажите свою страну на глобусе

Невозможно заниматься международной проблематикой, если плохо представляешь себе свою собственную страну. Бывший государственный секретарь США Джеймс Бейкер забавлялся (хотя это вовсе не забава, а глубокий и важный подход) тем, что  предлагал кандидатам на посольскую должность в ту или иную страну показать на глобусе в его офисе свою страну. Кандидаты принимались отыскивать разные страны, кто – Японию, кто – Бразилию или Германию, указывали на них пальцем. На что Бейкер отвечал: «Вы не правы. Ваша страна – это Соединенные Штаты Америки». Это очень мудро.

По моему мнению, я не так много ездил по России. Но от Североморска до Владивостока, от Якутска до Ялты, в Екатеринбурге, Иркутске, Калининграде и Кронштадте бывал. Правда, хотелось бы больше.  Посмотрев немного мир, меня больше тянет смотреть свою родную страну. Она во многих отношениях столь же разнообразна и многоцветна, как и весь мир.

Любимые города России

Город, в который мне всегда хочется возвращаться – это моя родная Москва.  При чем особенно дороги те места, где я родился, учился, начал военную службу. При этом я очень люблю Санкт-Петербург, который мне ближе интеллектуально. Но я остаюсь москвичом, и, признавая Санкт-Петербург самым красивым и величественным городом России, душевно мне ближе Москва, и люблю я ее гораздо больше, чем любой другой город России.

Еще один замечательный город, который я регулярно посещаю уже в течении 45-50 лет и рядом с которым находится моя дача, – это Сергиев Посад. С середины 1970-х до середины 1990-х гг. в каждый мой следующий приезд я находил город во все более плачевном состоянии. Но начиная с середины 1990-х гг., Сергиев Посад становится все лучше, чище и богаче. Возрождение многих русских городов от Воронежа до Ярославля дает надежду, что жизнь в России вне Москвы и Санкт-Петербурга становится более наполненной и интересной. Надеюсь, так и будет дальше.


Интервью: Елена Зюлина
Редактор номера: Егор Чобанян

loading